Владислав Баркар

В 1994 году, выиграв конкурс на 7-м метровом канале, я стал ведущим музыкальной программы. Но быть обычным ви-джеем у меня не получилось. Сразу было понятно, что я хочу говорить от первого лица, а не озвучивать чужие мысли. Поэтому с самого начала я был в большей степени режиссёром, чем актёром. В 1995 году появился первый проект, который я создавал практически в одиночку. Это была передача о советской эстраде. Тогда мы ещё не привыкли разделять отечественную поп-музыку на российскую и украинскую. В рамках этой программы, тогда же, десять лет назад я отправился за первым в своей жизни интервью. Артисткой, на голову которой свалился бледный заикающийся "журналист", была Азиза... Я очень рад, что именно госпожа Мухамедова стала первой, с кем мне довелось пообщаться при включённой камере. Она прекрасная актриса и каждый раз у неё замечательно получалось играть неожиданность, пока я трижды пытался вручить ей букет и начать разговор. Правда, с тех пор дублей в интервью я больше не делал. Но Азизе тогда досталось... 2001 год. Июль. Тот самый месяц в году, когда о работе хочется думать меньше всего. И всё же, получив предложение от директора телекомпании "ГЛАС" Руслана Евдокимова попробовать себя в новом качестве, я немедленно принял его, без раздумий. И не потому, что мечтал быть поближе к знаменитостям. Просто от предложения работать в наиболее профессиональной в нашем городе телевизионной команде, отказываться было бы, скажем так, не умно. Кроме того, при первой же встрече с Русланом Викторовичем выяснилось, что у нас с ним схожие взгляды на то, каким должно быть сегодня телевидение. Это очень важно, когда ты говоришь с продюсером программы на одном языке. В этом, на мой взгляд, основная причина долговечности, стабильности и успешности "Неслучайых встреч". Безусловно, то, в каком виде сегодня существует проект - это исключительно моё "ноу-хау", но изначально идея создания подобной программы принадлежала, повторюсь, не мне. Зарубежных, "фирменных" артистов отличает от отечественных профессионализм. У наших на репетициях и микрофон никуда не годный и звукорежиссёр - идиот. А у западных всё звучит, как надо и работает, как часы. Но это справедливо только в случаях с эстрадными артистами. Сравнительным же анализом отечественных и зарубежных актёров театра и кино у меня пока не было возможности заняться, но, что-то мне подсказывает, что здесь как раз сравнение будет не в пользу Голливуда и Бродвея. В принципе, не могу сказать ничего плохого ни о ком из моих собеседников. Случайных людей среди звёзд почти нет. При личной встрече ты сразу же чувствуешь энергетику артиста. Я не подвержен мистике и считаю себя абсолютным материалистом, но могу утверждать - без того, что Валерий Меладзе называет "шаманством", кумиром для миллионов стать невозможно, сколько бы денег в "раскрутку" не было вложено. Есть много людей с отличными голосами и великолепными внешними данными, но без этой ауры знаменитостями им не стать. Можно ещё вспомнить тут про "харизму", но мне само слово не нравится. А вообще, артисты в большинстве своём люди приятные и интеллигентные. Все те скандалы, которые возникают у них с представителями СМИ, самими журналистами и спровоцированы. Мне даже странно представить, как в ответ на мой доброжелательный вопрос артист вдруг скажет: "меня раздражает ваш микрофон". Я всех их уважаю. Они это чувствуют. И отвечают взаимностью. Я заранее отлично понимаю, с кем мне предстоит общаться. Поэтому никаких сюрпризов для меня в этом отношении не бывает. Многие журналисты уверены, что если они свергнут с пьедестала звезду, то образовавшуюся в сердцах и умах людей нишу смогут занять их скромные персоны. Весьма наивно полагать подобным образом. Я не ставлю цель показать своё превосходство, мне нужно раскрыть своего гостя, как человека. Он герой программы, а не я. Что касается интеллектуального уровня, то изначально нельзя с одинаковыми мерками подходить к эстрадной тусовке и корифеям театра. Братья Кристовские из "Уматурман" не глупее Александра Ширвиндта. Просто их сравнивать нельзя. Зачастую переговоры о возможности пятиминутного общения с тем или иным артистом требуют куда больше времени, сил и изобретательности, чем, собственно, само интервью. У многих зрителей, я знаю, сложилось мнение, что мне чуть ли не ногой позволительно открывать двери "звёздных" гримерок. Ничего против подобных заблуждений не имею. Это говорит только о том, что все мои усилия для обеспечения "доступа к телу" остаются для зрителей незамеченными. Так и должно быть. Я люблю поговорить. Мне кажется, будь я знаменитостью, журналисты меня бы обожали. Я бы трепался с ними часами! Но если серьёзно, то осатаневших от одних и тех же вопросов артистов я могу понять, и, войдя в их положение, не расстраиваюсь, когда они отказываются от встречи. Энди Уорхл сказал, что к концу ХХ века каждый человек получит 15 минут славы. Я свои уже получил. И особого кайфа при этом не испытал. Собственная популярность никогда не была стимулом для меня. Я начал писать статьи в 15 лет и пришёл затем на ТВ только для того, чтобы стало меньше всего того фантастического бреда об артистах, который мне приходилось читать и слышать с экрана. Получилось, как в анекдоте: "Напишу-ка я книгу, а то читать нечего". На мой взгляд, в публичности больше минусов, чем плюсов, говорю безо всякого позёрства. Тем более, что открыто выражать свои эмоции от встречи с персонажем "из ящика" позволяют себе лишь люди с психическими отклонениями. И меньше всего мне хочется быть человеком с журнальной обложки или бигборда. Наверное, у меня неправильный подход. Подобные рассуждения из уст человека, который сознательно связал свою жизнь с телевидением, могут показаться неискренними или, по крайней мере, странными. Один из главных предметов моей гордости в том, что все звезды, засветившиеся в "Неслучайных встречах" до сих пор живы-здоровы. Хорошо помню, как практически сразу после съёмок в "СВ-шоу" у Андрея Данилко ушли из жизни Александр Демьяненко и Сергей Иванов, "Кузнечик" из фильма "В бой идут одни старики". Я мечтаю, что бы даже самое старшее поколение артистов, когда-либо ставших героями моей программы, радовало нас своими новыми работами ещё долгие годы. Также могу гордиться тем, что взял интервью у Ирины Купченко. Я как-то встречался с актрисой Мариной Яковлевой, и она неожиданно сказала мне: "А я вас знаю. Недавно я снималась в Одессе и видела по телевизору вашу программу с Купченко. Запомнила потому, что в Москве всем известно: Ирина Петровна журналистов не жалует". Как у любого человека, у меня есть артисты, которым отдаётся предпочтение. Но программу я делаю для зрителей, а не для себя, хотя каждая передача выходит в эфир только, если она нравится мне самому. Я с одинаковой отдачей работаю как над выпуском, посвящённым любимой певице, так и над программой со звездой, творчество которой меня, мягко говоря, оставляет равнодушным. Было бы интересно встретиться, например, с Майей Плисецкой. Сочетание таланта и сильного характера всегда притягательно. Постоянные зрители моей программы знают, что чаще всего у них есть возможность увидеть Валерия Меладзе или Бориса Моисеева. С ними встречаемся, как старые знакомые. Приятельские отношения помогают в работе, но цели близко дружить с артистами, у меня нет. У меня давно сложившийся круг друзей и с ними о моей работе мы говорим не чаще, чем о "производственных проблемах" остальных в нашей компании. Кстати, если я встречаюсь с артистом не в первый раз, то стараюсь вручить ему кассету или диск с предыдущим интервью. Артисты - они же, как дети - к своему "творческому наследию" относятся очень трепетно.